search
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W Z А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я 
  • ЮАНЬ  —  Юань - название династии, основанной в Китае монгольским императором Хубилаем (см. Китай , Монголия , Хубилай ).
  • ЮАНЬ-ЧАО-МИ-ШИ  —  Юань-чао-ми-ши - так озаглавлено по-китайски сочинение неизвестного автора, монгола по происхождению, о возникновении монгольского государства и о деятельности Чингисхана. Сочинение это дошло до нас в китайской передаче; в переводе это значит: "Секретная (фамильная) история династии Ю. (монгольской)"; она была окончена в 1240 г., следовательно, принадлежит к числу древнейших сочинений о монголах; в высшей степени важна и по своему содержанию. Единственная монголо-китайская рукопись ее была получена арх. Палладием Кафаровым в 1872 г. из дворцовой Пекинской библиотеки и в настоящее время хранится в библиотеке Императорского спб. университета, куда была пожертвована профессором А. М. Позднеевым. В рукописи помещены три параллельные текста: 1-й - монгольский, представленный китайскими иероглифами; 2-й - подстрочный перевод на китайский язык монгольских слов; 3-й - надлежащий перевод на китайский язык монгольского текста. Китайский перевод переведен арх. Палладием на русский язык, помещен в "Трудах членов российской духовной миссии в Пекине" (4-й т., СПб., 1866) и снабжен обстоятельными примечаниями. О значении этого сочинения см. статью А. М. Позднеева "О древнем китайско-монгольском историческом памятнике Юань-чао-ми-ши" (в "Известиях Императорского Русского археологического общ.", т. X, СПб., 1884). Н. В.
  • ЮАНЬ-ШИ  —  Юань-ши - официальная история Юаньской династии в Китае. По установившемуся обыкновению, история династии пишется сменившей ее династию. История Юаней была составлена при Минской династии менее чем в год и состоит из 210 цзюаней. От такой поспешности эта история исполнена ошибок, пропусков и противоречий. Она делится на два отдела: бэнь-цзи (погодная хроника императоров) и ли-чжуань (биографии государственных деятелей). При императоре Цянь-луне был учрежден исторический комитет для исправления историй трех династий Ляо, Цзинь и Юань, но он в сущности только испортил текст Юань-ши, и сами китайцы пользуются первоначальной редакцией. Есть сокращенная Юань-ши: Юань-ши-лэй-бянь. См. "Труды членов российской духовной миссии в Пекине" (т. IV, стр. 10-11). Н. В.
  • ЮБА I  —  Юба I (Juba) - царь Нумидии и Гетулии, сын Гиемпсала II и, быть может, внук умерщвленного Югуртой Гиемпсала I. Будучи первоначально сторонником марианцев во время борьбы римлян с Югуртой, Гиемпсал II впоследствии заискивал перед оптиматами в том расчете, что пока держится республиканская партия, Нумидийскому царству будет обеспечена самостоятельность, и наоборот, с водворением в Риме монархии, Нумидия отойдет к римлянам. Той же политики придерживался и Ю.; он уже в 64 г. до Р. Х. столкнулся впервые с Цезарем в Риме, куда послал его отец с тем, чтобы охранить Нумидию от последствий аграрного закона, предложенного трибуном П. Сервилием Руллом, которого поддерживал Цезарь. Благодаря поддержке Помпея и речи Цицерона, а также нумидийскому золоту, закон не был принят, и опасность была устранена. В 62 г. Цезарь, будучи претором, заступился на суде за знатного нумидийца Масинту, которого обвинял Юба, и даже нанес последнему оскорбление действием. После этого Ю. действовал как решительный противник Цезаря и по открытии междоусобной войны 49 г. держал сторону Помпея, а после смерти последнего - его партии. Когда сторонник Цезаря Курион высадился в Африке для борьбы с помпеянцами, Ю. хитростью заманил его на опасную позицию близ Утики и разбил его войско, причем погиб и сам Курион. В 47 г., после высадки Цезаря в Африке, Ю. потребовал себе главного начальствования в войне с диктатором - которое, однако, досталось зятю Помпея, Сципиону, - и обещал помогать римлянам только под тем условием, если ему будет уступлена часть римских владений в Африке. Он старался обеспечить за собой победу, оставляя Цезарю опустошенную и лишенную продовольствия страну; но население, раздраженное жестокостями Ю., переходило на сторону Цезаря, который к тому же запальчивости африканца противопоставлял обдуманную систему действий. При Руспине Цезарь подвергся нападению со стороны Лабиена и был вынужден укрепиться в городе, к которому вскоре подошел с многочисленным войском и Ю.; но как раз в это время Публий Ситтий, начальник вольных мавританских отрядов, объявил себя приверженцем Цезаря и вторгся в юго-западную часть Нумидии. Ю. отступил, но в 46 г. снова соединился со Сципионом при Тапсе, где войско Цезаря одержало над помпеянцами полную победу. Еще при начале войны Ю. соорудил в столице Нумидии, Заме, костер, на котором решил, в случае поражения, сжечь себя со своими женами, детьми и сокровищами и от которого должен был бы сгореть и весь город; но когда после битвы при Тапсе он достиг Замы, горожане отказали ему в приеме, после чего он удалился с римлянином Петреем на одну из своих вилл, где и кончил жизнь самоубийством. Со смертью Ю. Нумидия перестала существовать как самостоятельное царство и была обращена в римскую провинцию, первым наместником которой был историк Саллюстий. При Ю., благодаря постоянным сношениям с Римом, Нумидия в значительной степени подчинилась влиянию греко-римской культуры, об усвоении которой заботились сами нумидийские цари. Н. О.
  • ЮБА II  —  Юба II (Juba) - сын нумидийского царя Ю. I; после битвы при Тапсе был взят Цезарем в Рим, где ему было дано прекрасное воспитание и образование. Позднее он женился на Клеопатре Селене (дочери Антония и Клеопатры) и получил от Октавиана в дар часть отцовских владений. Ю. отличался выдающейся эрудицией и был одним из полигисторов того времени: он писал (на греческом языке) по истории и древностям (сюда относились его сочинения по истории Рима, Ливии, Аравии, Ассирии; главное из них - "Подобия", где он сравнивал римские обычаи с обычаями других народов), по истории искусства (о живописи, о театре), грамматике. Отрывки его сочинений собраны у Muller‘a, "Fragmenta historicorum grœcorum" (т. III, 465-484). Афиняне поставили в честь Ю. статую его в гимназии Птолемея. Н. О.
  • ЮБЕЯ  —  Юбея (Jubaea H. B. K.) - род растений из семейства пальм подсемейства Ceroxylinае. Единственный представитель J. spectabilis H. B. K. - высокая пальма с перистыми листьями, произрастающая в Чили между 31 и 35° южной широты. В южной Европе выдерживают культуру в грунте.
  • ЮБИ  —  Юби (Juby) - мыс на востоке Сахары, к югу от Марокко, под 27°56‘ северной широты и 15°15‘ восточной долготы. К югу от этой точки Дональд Мекензи основал в 1878 г. торговое агентство под именем Порт-Виктория; в 1895 г. пункт этот продан Марокко.
  • ЮБИЛЕЕВ КНИГА  —  Юбилеев книга или Малое Бытие - апокрифическая книга. В полном виде сделалась известной западным ученым в сороковых годах XIX столетия. До этого времени ее знали только по тем коротким отрывкам, которые приведены из нее в сочинениях св. Епифания и блаженного Иеронима, а в более позднее время - в хронографах Георгия Синкелла, Георгия Кедрина и других византийских историков; отрывки эти так кратки и нехарактерны, что по ним нельзя было составить более или менее ясное представление о целой книге. Честь открытия полного текста названного апокрифа принадлежит миссионеру доктору Крапфу, который во время своего путешествия по Абиссинии узнал о существовании эфиопского текста книги Ю.; список с этого текста он впоследствии передал в тюбингенскую университетскую библиотеку. Рукопись Крапфа настолько переполнена ошибками, что профессор Дилльман, известный своими изданиями памятников священной эфиопской письменности, долго не решался напечатать эфиопский подлинник книги Ю., несмотря на высокое историческое значение, какое он приписывает этому апокрифу. Вследствие неисправности эфиопского текста, книга Ю. представляла для Дилльмана непреодолимые трудности, и при переводе ее на немецкий язык (перевод этот помещен в журнале "Jahrbücher der Biblischen Wissenschaft", 1849 и 1850-1851) ему приходилось восстановлять утраченный смысл текста или на основании библейских книг, или по связи речи, или же вообще по подсказу здравого смысла; при всем том он принужден был оставить некоторые места апокрифа совсем без перевода. Более тщательное изучение эфиопского текста книги Ю. дало впоследствии Дилльману возможность издать и подлинный текст апокрифа под названием "Kufâlê, vel liber Jubilaeorum aethiopice" (Киль и Л., 1859). Для ученых открылась возможность основательно заняться исследованием вопросов о древности и происхождении книги Ю. Впрочем, еще ранее трудов Дилльмана ученый еврей Трейенфель ("Literaturbl. des Orients", Лейпциг, 1846) дал общую характеристику книги Ю. на основании тех отрывков, которые сохранились из нее у св. Епифания, блаженного Иеронима, Синкелла, Кедрина и др. Книгой Ю. занимались главным образом ученые евреи: Йеллинек ("Bet ha-Midrasch", Лейпциг, 1855), Беер ("Das Buch d. Jubiläen und sein Verhältniss zu den Midraschim", Лейпциг, 1856) и Франкель ("Monatsschr. für Gesch. und Wissenschaft des Jüdenthums", Лейпциг, 1856). Кроме них, изучали ее также Крюгер ("Zeitschr. der Deutsch. Morgenl. Gesellsch.", т. XII) и Ланген ("Das Judenthum in Palästina zur Zeit Christi", Фрейбург, 1866). Книга Ю. является довольно свободным пересказом библейских повествований, содержащихся в книге Бытия и отчасти в книге Исход. Автор книги Ю. берет, собственно, один момент из жизни Моисея, а именно восхождение его на гору Синай и сорокадневное пребывание там; здесь-то, на Синае, "ангел лица", по повелению Божию, обращается к Моисею с повествованием о событиях от сотворения мира до прибытия евреев к Синайской горе. Моисей только слушает богооткровенную речь ангела и записывает его рассказ в книгу. Таким образом с внешней стороны книга Ю. отличается от книги Бытия тем, что в первой рассказ ведется от лица ангела, а в последней личность повествователя остается неуказанной. Помимо этого, автор книги Ю. старается изложить библейские события в строго последовательном порядке и указать точно год совершения их от сотворения мира. Он полагает период времени от сотворения мира или от Адама до вступления евреев в Землю обетованную ровно в 50 юбилеев, считая при этом в каждом юбилее, вопреки Моисееву закону, не 50, а только 49 лет, т. е. ровно семь седьмин; по этим-то юбилеям, седьминам и годам седьмин он и распределяет все описываемые в его книге события. Хронология книги Ю. представляет значительные уклонения как от еврейского, так и от греческого и самаритянского текстов Пятикнижия. Этих уклонений больше всего в исчислении времени событий патриархального периода до Авраама, т. е. там, где и еврейский, и греческий, и самаритянский тексты больше всего разнятся между собой. Порядку изложения апокрифа соответствует надписание его - "Книга Ю." или "Книга седьмин". Как глубока древность этого надписания и современно ли оно появлению самой книги - сказать трудно; Дилльман считает возможным признать его подлинным и первоначальным. В первый раз оно встречается у св. Епифания, от которого дошло до нас и первое свидетельство о книге Ю. В эфиопском подлиннике это надписание апокрифа несколько изменено: там он называется "книгой" или "словами деления дней". Дальнейшей задачей автора было передать в обработанном сообразно с собственными его воззрениями виде библейские повествования, содержащиеся в книге Бытия и в начале книги Исход, и дополнить их некоторыми новыми подробностями на основании всего того, что ему было известно из толкований современных ему книжников и из народных сказаний и что подсказывало ему собственное соображение. Так как предметом содержания своего апокрифа автор избрал те же самые повествования, которые содержатся и в канонической книге Бытия, то отсюда произошло другое надписание апокрифа - "Малое Бытие". В первый раз это название (ή λεπτογένεσις, ή λεπτή γένεσις, μικρογένεσις), как и первое ("Книга Ю."), встречается у св. Епифания. Кроме указанных названий, в хронографах Георгия Синкелла (VIII в.) и Георгия Кедрина (XI в.) книге Ю. усвояется еще наименование - "Апокалипсис Моисея"; но ни по форме, ни по содержанию книга Ю. не напоминает апокалипсиса. За еврейское происхождение книги Ю. говорит ее близкое сходство не только с сохранившимися до нашего времени таргумами, но и с талмудом. С христианскими воззрениями она не имеет решительно ничего общего. Вопрос может быть только в том, не принадлежал ли автор книги Ю. к одной из тех еврейских сект, которые образовались перед пришествием Христа. Йеллинек приписывал книге ессейское происхождение и находил в ней стремление ослабить то влияние, какое имели фарисеи на еврейский календарь своими определениями праздничных времен. По мнению Беера, книга Ю. появилась в среде самарян или скорее их потомков, которые жили в Египте и были известны здесь под именем досифеян. В подтверждение своего мнения Беер указывает на то, будто в книге Ю. празднику Пятидесятницы, как дню откровения на Синае Моисеева закона, придается большее значение, чем Пасхе, а это, по его взгляду, согласно с воззрениями самарян, у которых праздник Пасхи не имел того высокого значения, какое придавалось ему в Палестине. По мнению проф.-прот. А. Смирнова, автором книги Ю., вероятно, был иудей, некоторые воззрения которого сильно проникнуты духом фарисейства. Можно предположить, что книга Ю., носящая на себе явные следы фарисейского направления, появилась первоначально на еврейском языке. Это предположение подтверждается тем, что блаженный Иероним, насколько можно судить по сохранившимся у него ссылкам на книгу Ю., несомненно имел под руками еврейский текст ее. Когда книга Ю. была переведена на греческий язык - неизвестно. Эфиопский текст книги Ю., без сомнения, представляет собой перевод с греческого текста, в существовании которого никак нельзя сомневаться, так как им пользовались древние церковные писатели, сохранившие в своих сочинениях отрывки из книги Ю. Относительно времени написания книги Ю. можно быть уверенным только в том, что она появилась никак не ранее 160 г. до Р. Х. и никак не позднее 70 г. после Р. Х. Что при написании ее иерусалимский храм еще существовал, об этом автор косвенно свидетельствует почти в каждой главе своего произведения: говоря постоянно об обрядовых установлениях Моисеева закона, он считает жертвенный культ и вообще весь богослужебный строй, тесно связанный с существованием иерусалимского храма, настолько прочным и устойчивым, что даже не останавливается на мысли о возможности хотя бы временного прекращения его. Какое положение в письменности у евреев занимала книга Ю. и каким авторитетом она пользовалась у них, особенно в первое время после своего появления, - об этом ничего нельзя сказать. Известно только, что евреи заимствовали из нее некоторые легенды, нашедшие впоследствии доступ в талмудические писания, в восполненном и разукрашенном виде. С XII в. совсем исчезают свидетельства о книге Ю.; сам греческий текст ее затерялся. Книга Ю. восполняет скудный ряд тех памятников, которые знакомят нас с воззрениями иудейства около христианской эры или, по крайней мере, той его части, которая стояла на стороне строгих приверженцев закона Моисеева, не всегда верно понятого, и отличалась крайним пристрастием к обрядовой стороне религии. Книга Ю. является выдающимся памятником еще и в другом отношении: она дает возможность воспроизвести ту обрядовую практику, какая существовала у евреев во времена, близкие ко Христу. В этом отношении этот апокриф является памятником едва ли не единственным не только в апокрифической, но и в канонической и неканонической иудейской письменности. Особенной подробностью отличаются в книге Ю. описания разного рода жертв, указанных законом. Обряды, наблюдавшиеся при жертвах, в существенных чертах описаны в законодательных книгах Моисея; с течением времени они усложнились и получили большую определенность в подробностях и частностях. С ними-то и знакомит нас книга Ю. Там не только подробно описывается способ совершения той или другой жертвы, не только указываются вещества, дозволенные для нее, но и перечисляются породы деревьев, которые употреблялись для сожжения жертвы. Книга Ю. может иметь некоторое значение и для истории толкования священных книг Ветхого Завета. Если богословская наука изучает таргумы на ветхозаветные писания и истолковательные труды Филона, то подобного же внимания заслуживает и книга Ю., которая с полным правом может быть названа иудейским таргумом на книгу Бытия и на начало книги Исход. См. прот. А. Смирнов, "Книга Юбилеев или Малое Бытие" (Казань, 1895; здесь же перевод "Книги Ю." на русский язык).
  • ЮБИЛЕЙ, В РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ  —  Юбилей, в римско-католической церкви (юбилейный год) - У древних римлян через каждые сто лет совершались особого рода "столетние игры" (ludi saeculares). В эти праздники совершались молитвы богам-покровителям о процветании империи и всего римского народа и в продолжение трех дней и ночей, при громких звуках музыкальных инструментов, давались различные представления в храмах и публичных местах. Этот древний римский обычай, как и многие другие, поддержан был и римскими папами, не упускавшими случаев обращения язычников в христианство и утверждения последнего через сохранение и освящение народных обычаев, и потому в свою очередь установили празднование столетнего или юбилейного "отпустного" года. Первый случай такого празднования, исторически засвидетельствованный, относится к 1300 г. По рассказам современников, в последние дни 1299-го года стало стекаться в Рим необычайное количество богомольцев не только из провинций Италии, но и из других стран Западной Европы, в особенности из Франции. Когда о причинах этого явления спрашивали богомольцев, они ссылались на дошедшее до них от отцов и дедов предание, будто бы тот, кто посещает Рим и поклоняется святым мощам первоверховных апостолов при наступлении сотого года каждого века, получает полную индульгенцию. Папа Бонифаций VIII предписал произвести по этому поводу расследование в архивных документах, но никакого подтверждения народной молвы найдено не было. Между тем нашлось несколько столетних старцев, которые с уверенностью утверждали, что при наступлении минувшего века их отцы были в Риме и действительно пользовались всеми благами священного обычая. Под влиянием этих обстоятельств папа Бонифаций решил дать утверждаемому народной молвой обычаю твердую каноническую постановку. 23-го февраля 1300 г. появилась папская булла "Antiquorum habet", которая и положила начало римским Ю. В этом кратком документе Бонифаций ничего не говорит ни о происхождении обычая, ни о каких-либо особенных побуждениях, которые объясняли бы появление папского распоряжения: высказывается лишь мысль, что первоверховным апостолам частыми благоговейными посещениями их базилик оказывается особенно высокое почитание, причем и для духовной жизни самих верующих такие посещения сопровождаются весьма благотворными последствиями. Ввиду этого папа определяет, чтобы в наступившем 1300 г., а также и на будущее время в каждом сотом году, посещающие базилики св. апостолов Петра и Павла с истинным покаянием и исповедью получали полную индульгенцию. Обитателям Рима булла предписывает совершать посещения базилик в продолжение тридцати дней, а пришельцам из провинций или из других стран - в продолжение пятнадцати дней, причем дни эти могут следовать и непрерывно, и с промежутками, лишь бы в каждый из них богомолец посетил по крайней мере по одному разу обе базилики. Выполнивший это условие в течение юбилейного года получает индульгенцию. В среде верующих Западной Европы булла Бонифация встретила весьма сочувственный прием, и богомольцы, явившиеся в Рим по ее призыву, считались сотнями тысяч. Блестящий успех первого опыта возбудил желание повторить его в возможно скорейшем времени. Ускорения Ю. особенно желало население города Рима, на долю которого преимущественно выпадали не только духовные блага Ю., но и его обильные материальные выгоды, так как сотни тысяч богомольцев оставляли в Риме миллионы дукатов. Свои желания римское население выразило в нескольких петициях, посланных папе Клименту VI, пребывавшему в то время в Авиньоне. Результатом петиций была новая папская булла ("Unigenitus Dei filius"), изданная в 1343 г., в которой Климент сокращает срок Ю. со ста лет на пятьдесят, и потому 1350 г. провозглашает юбилейным. В оправдание произведенного сокращения папа указывает на то, что по закону Моисееву юбилейным признается именно пятидесятый год, и пятидесятому числу вообще в Писании дается особое освящение, например ниспосланием в пятидесятый день Святого Духа на апостолов. Он ссылается далее на просьбы римского населения и на свое собственное желание, чтобы возможно большее число людей могли воспользоваться духовными милостями, соединенными с Ю., тогда как, при краткости человеческой жизни, весьма немногие могут достигнуть следующего столетия. Таким образом, установленный Бонифацием столетний срок не был выдержан ни разу; но и новый, наполовину сокращенный срок оказался не более прочным. В 1389 г. папа Урбан VI, снова ссылаясь на краткость человеческой жизни, признал и пятидесятилетний срок слишком продолжительным и предписал праздновать Ю. через каждые тридцать три года, в воспоминание лет земной жизни Христа Спасителя. В 1470 г. последовало новое сокращение юбилейного срока с тридцати трех лет до двадцати пяти, предписанное папой Павлом II в булле "Ineffabilis providentia". В качестве оснований для принимаемой меры папа, по примеру своих предшественников, указывал на краткость человеческой жизни, на умножение пороков и бедствий в современном обществе и на желание сделать возможно большее число людей участниками юбилейных милостей. Следующим юбилейным годом назначался 1475. С той поры юбилейный срок уже более не подвергался изменению, и по специальным призывам римских первосвященников празднование неуклонно объявлялось и совершалось через каждые двадцать пять лет. Только в последнее время вместо пяти Ю. было отпраздновано лишь два, в 1825 и 1900 гг., при папах Льве XII и Льве XIII; в остальные же юбилейные годы, а именно в 1800, 1850 и 1875, папство переживало такие тяжкие времена, что ему было не до празднований. Всех юбилейных годов было до сих пор двадцать один. О наступлении юбилейного торжества католический мир оповещается более чем за полгода, а именно в праздник Вознесения Господня, предшествующего юбилейному торжеству года. В этот день во время литургии в храме св. апостола Петра, после чтения евангелия, провозглашается издаваемая на этот случай папская булла, копии с которой потом прибиваются к дверям четырех главнейших римских храмов. Начало юбилейного года считается с вечерни накануне праздника Рождества Христова предшествующего года, а окончание - в ту же рождественскую вечерню года юбилейного. Условием получения индульгенции поставлялось, между прочим, молитвенное посещение римских базилик. По первоначальному определению Бонифация VIII, для таких посещений указывались лишь базилики св. апостола Петра и св. апостола Павла, но в четырнадцатом столетии, буллами Климента VI и Григория XI, к двум первым базиликам присоединены были S.-Giovanni in Laterano и S.-Maria Maggiore. В 1500 г., при папе Александре VI, установлен особый богослужебный обряд открытия юбилейного года. Накануне праздника Рождества Христова папа торжественной процессией приближается к "porta santa", т. е. к одной из входных дверей храма св. Петра, заделанной наглухо каменной кладкой. После установленных молитв и песнопений папа возглашает: "aperite mihi portas justitiae" и т. д. (Псал., CXVII, 19) и троекратно ударяет в дверь серебряным вызолоченным молотком. После этого каменная кладка, заграждающая дверь, разбирается и папа со всей сопровождающей его процессией входит внутрь храма. Церемония эта, совершаемая у храма св. Петра самим папой, в то же время исполняется и в остальных трех римских базиликах, посещение которых предписывается правилами Ю., причем заместителями папы в обряде являются назначенные для того кардиналы. Подобная же церемония совершается и при окончании юбилейного года, когда папа или замещающий его кардинал кладет первый камень и "святая дверь" снова заделывается, оставаясь в таком виде до следующего Ю. Что же означает юбилейный год в римско-католическом смысле? Кардинал Вайземан дает следующее объяснение: "Это год, в который св. престол делает все возможное для того, чтобы Рим сделать в религиозном отношении привлекательным и единственным в своем роде. Театры закрываются, общественные удовольствия приостанавливаются; даже частные увеселения вводятся в границы порядка, принятого во время постов. Но все, что может посодействовать грешнику к исправлению или благочестивому преуспеянию, чтобы укрепить его веру и усилить его благочестие, - все это предлагается щедро и обильно. Кафедры бывают заняты самыми красноречивыми проповедниками, которые пробуждают совесть или поучают невежественных; исповедальни постоянно заняты священниками, говорящими на всех языках. Благочестивые общества или братства принимают, угощают и ведут прибывающие одни за другими партии паломников от святилища к святилищу. Алтари осаждаются искренне кающимися причастниками, причем раздаются индульгенции - однако, при таких условиях, которые отнюдь не легки". Это лишь показная сторона Ю., за которой скрывается и другая - чисто экономическая, так как наплыв паломников всегда сильно поправляет папские финансы. См. А. И. Булгаков, "Римско-католические юбилейные годы" ("Труды Киевской Духовной Академии", 1899, октябрь); "История христианской церкви в XIX в." (т. I, СПб., 1900); "Церковный Вестник", 1900, № 1; В. А. Соколов, "Поездка в Рим на Пасху юбилейного года" (Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1902).
  • ЮБИЛЕЙ, ДРЕВНЕЕВРЕЙСКИЙ ПРАЗДНИК  —  Юбилей, древнееврейский праздник - древнееврейский праздник. По библейскому повествованию, закон о Ю. [Название "юбилей", общепринятое у нас, служит передачей не библейского собственно, а латинского слова jabilaeus, заключающего в себе мысль о радостном восклицании. Ветхозаветное название Ю. - йовел; это слово происходит от йовал - утек, ушел. У LXX-ти: ένιαυτς άφέσεως - "лето оставления", освобождения, год свободы (Лев., XXV, 10-12; ср. Иез., XLVI, 17). Впрочем, еврейское слово йовел многие объясняют, по буквальному его значению (от йовел - труба, трубный звук, Исх., XIX, 13), как "год звука", а именно трубного звука, которым возвещалось начало 50-го года, время свободы рабам (Лев., XXV. 9-10).] дан израильтянам Богом на горе Синай (Лев., XXV, 1) в то время, когда этот народ только приготовлялся еще начать свою самостоятельную жизнь. По этому закону, изложенному в книге Левит (XXV, 8-55), 50-е лето должно быть особенно освящаемо, как "год оставления", или юбилея. Начало Ю. должно возвещать в 10 день тишри, в день очищения, звуком трубы по всей земле. В этот год должно совершиться восстановление почему-либо утраченных прав каждого еврея на наследство в недвижимой земельной родовой собственности, а также восстановление гражданских личных прав, принадлежащих свободному члену рода. В этот же год, как и в субботний, должен быть дан покой земле, и самоуродившиеся плоды ее должно считать посвященными Богу. Опасения относительно средств пропитания в седьмой неработный год предупреждаются обетованием о сугубом урожае в шестое лето, особенно перед седьмым субботним годом и перед юбилейным (после седьмого субботнего года); урожая одного лета должно хватить на три года. Так как земля обетования есть собственность Иеговы, а евреи - только временные поселенцы на ней, то не может быть продажи и покупки участков земли в вечную частную собственность. Владение землей должно быть родовое, общинное; даже временная запродажа частным родовым владельцем своего участка другому частному лицу может быть допущена только в крайнем случае обнищания. Выкупать мог или ближайший родственник обнищавшего продавца, или сам продавший; выкупная плата должна равняться продажной цене, за вычетом соответственно числу лет, в которые покупщик пользовался землей [Например, продана земля за пять лет до Ю. за 20 руб. Плодовых доходных годов для покупателя будет только четыре, потому что субботний предъюбилейный год, как недоходный, нужно отбросить. Значит, цена земли за каждый год равняется 5 рублям. Если продавший эту землю захочет выкупить свою родовую землю за три года до Ю., то он должен заплатить выкупных 10 рублей. Итак, покупалось только число жатв, а сама земля собственно не продавалась и не покупалась.]. Если не будет выкупа, то купивший землю владеет ей до Ю., а в Ю. земля эта переходит к своему родовому владельцу без выкупа. Право выкупа домов в городах, огражденных стенами, имело действие лишь в течение одного года. Только по отношению к левитским домам, хотя бы и в огражденных городах, существовало право всегдашнего выкупа и возврата в юбилейный год, потому что дома левитов отдавались им в родовое владение вместо поземельной собственности. В силу того что все евреи - рабы Иеговы и между собой все братья, еврей не должен быть у еврея же рабом в собственном смысле. Богатый еврей не должен пользоваться обнищанием другого еврея, чтобы поработить его, а напротив, должен приютить его у себя и помочь ему в нужде, дав взаймы потребное без "лихвы", без процентов. В случае же покупки в рабы еврея, уже подпавшего через обнищание рабству, купивший не должен отягчать его "работой рабской", а должен иметь его у себя в качестве наемника до юбилейного года, в который раб может отойти от своего хозяина, сам и с детьми, без выкупа. Вечными рабами у евреев могут быть только иноплеменники, которыми можно владеть и передавать детям как наследственную собственность. Если еврей попадет в рабство к иноплеменнику, поселившемуся среди евреев и разбогатевшему, то за ним остается право выкупа во всякое время; при этом плата за выкуп должна определяться по числу остающихся до юбилейного года служебных лет и по обыкновенной плате за годовую наемническую работу. Если же на этих условиях не будет выкуплен еврей из рабства от иноплеменника, то в Ю. во всяком случае он, с детьми своими, имеет право уйти от господина своего и сделаться свободным, как раб только Иеговы. Значение и цель празднования Ю. - те же, какие выражаются и в праздновании субботнего года, только они в праздновании Ю. достигают высшего своего развития и выражения. Юбилейный год был прообразом того "лета Господнего благоприятного", когда Мессия, помазанный Духом Господним, явится "благовествовать нищим, исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение и узникам открытие темницы" (Исаии, LXI, 1-2; ср. Лук., IV, 17-22). См. Ф. Елеонский, "Происхождение Ю." ("Христианское чтение", 1885, ч. I); Д. П. Афанасьев, "Учебное руководство по предмету Св. Писания. Книги законоположительные Св. Писания Ветхого Завета" (изд. 3, Ставрополь, 1888); прот. М. Херасков, "Руководство к последовательному чтению Пятикнижия Моисеева" (изд. 5, Владимир, 1896).
  • ЮВАРА  —  Ювара (Филиппо Juvara) - итальянский архитектор; род. в 1685 г. в Мессине, умер в 1735 г. в Мадриде. Будучи юношей, попал в Рим и, прельстившись его памятниками зодчества, решился посвятить себя архитектуре и изучал ее под руководством Фонтаны. Вначале он работал для кардинала Оттобони, потом выстроил в Мессине дворец для герцога савойского Виктора-Амедея II и вслед за ним отправился в Турин, где соорудил западное крыло палаццо Мадама, дворец герцога Аостского, палаццо Бираго, церковь в Суперге, близ этого города, замечательную благородной простотой и стильностью, и охотничий замок ла Венериа. В 1724 г. Ю. был приглашен в Португалию. Здесь составил он проекты патриаршей церкви и дворца Айуда в Лиссабоне, после чего возвратился в Италию и построил купола церкви Сант-Андреа в Мантуе и комского собора и фасад базилики св. Амвросия в Милане. Последней его работой был проект нового королевского дворца в Мадриде.
  • ЮВЕЛИРНОЕ ДЕЛО  —  Ювелирное дело - см. Гранильное мастерство , Драгоценные камни , Золотых дел мастерство , Серебряных дел мастерство и Филигрань .
  • ЮВЕЛИРНЫЙ КЛЕЙ  —  Ювелирный клей - см. Мастика .
  • ЮВЕНАЛ  —  Ювенал (Децим Юний Juvenalis) - римский сатирический поэт. Родился в городе Аквине (в юго-восточной части Лация) в первые годы правления Нерона (около 55-56 г. после Р. Х.). Судя по литературной деятельности Ю., можно предполагать, что он получил весьма тщательное образование, а это, в свою очередь, позволяет заключать о достаточности его семьи. Последнее находит себе подтверждение в древней биографии поэта, по словам которой Ю. был сыном или воспитанником богатого вольноотпущенника. Он долго ("до середины жизни", т. е. до 40-50 лет) упражнялся практически в красноречии, но не по нужде, а для собственного удовольствия; был некоторое время военным трибуном, имел у себя на родине сан главного жреца обоготворенного императора Веспасиана, а также занимал видную должность в местном городском самоуправлении. По весьма спутанным и сбивчивым известиям древнего жизнеописания поэта, можно предполагать, что он впал в немилость у одного из императоров и подвергся даже изгнанию или, вернее, нежелательному для него удалению из пределов Италии на какой-нибудь пограничный пост. Свои сатиры Ю. начал писать или публиковать только при императоре Траяне, после 100 г. после Р. Х. 16 сатир поэта разделяются на 5 книг (1-5; 6; 7-9; 10-12; 13-16). Хронология выхода в свет каждой книги довольно запутана; приблизительно ее можно определить так: I-я книга вышла между 100-115 гг., II-я - между 116-117 гг., III-я - между 118-120 гг., IV-я - между 121-127 гг., V-я - после 128 г., и во всяком случае до 131-132 гг. На эту последнюю дату приходится, вероятно, и смерть Ю. По своему достоинству сатиры Ю. резко разделяются на две группы, из которых вторая, начиная примерно с 10-й сатиры, стоит в целом гораздо ниже первой. Вот что говорит по этому поводу один из лучших знатоков Ю., Отто Ян: "Первые сатиры написаны при самых живых впечатлениях от пережитой эпохи ужасов, полны ожесточенных и резких нападок против выдающихся и первенствующих лиц и дают яркую картину ближайшего прошлого. В последних сатирах этот огонь угасает все больше и больше. Ярко вспыхнувшая ярость дает место ворчливому благодушию; живое отношение к вещам и лицам отступает перед общими местами; все более и более проявляется склонность к известным философским положениям, морализированию и вообще к широкому, расплывчатому изложению; мощно бьющий, даже пенящийся и бушующий горный ручей превращается в широкую и все спокойнее текущую реку". Эта резкая разница в достоинстве сатир дала повод одному из германских ученых, О. Риббеку , объявить в наделавшей в свое время большого шума книге "Der echte mid unechte J." (Лейпциг, 1859 чуть не половину сатир Ю. произведениями позднейшего декламатора. Несмотря на в высшей степени остроумную аргументацию Риббека, его гипотеза в настоящее время совершенно оставлена. В первой сатире Ю. обосновывает свое выступление в качестве обличителя пороков современного ему общества и излагает свой образ мыслей по поводу этих пороков: эта сатира является как бы программой для всех других. Поэт недоволен господствующим в его время в литературе пристрастием к скучным и холодным мифологическим сюжетам и обращает внимание читателей на представляющую богатый материал для наблюдений картину римского общества, очерчивая беглыми, но меткими штрихами разного рода уродливые типы, как, например, мужчины, выходящего замуж подобно женщине, грабителя-наместника, супруга-сводника собственной жены и т. д. Во 2-й сатире выставлены развратные лицемеры (qui Curios simulant et Bacchanalia vivunt). Как жилось среди подобных развращенных и извращенных личностей и как вообще дышалось в тогдашнем Риме, показывает 3-я сатира, принадлежащая к числу самых удачных по своей живой обрисовке крайне тягостных условий существования в столице для бедного и честного человека (этой сатире подражал, между прочим, Буало в сатирах I и VI). В 4-й сатире со злой иронией изображено заседание государственного совета во время Домициана, где обсуждается вопрос, как поступить с огромной рыбой, поднесенной рыбаком в дар императору. В 5-й сатире поэт в ярких красках рисует те унижения, которым подвергается бедняк-клиент на пиру у богача-патрона. Ю. хочет пробудить в паразите чувство стыда и гордости и для этого в самых резких контрастах противопоставляет то, что имеет за столом сам богач и что велит он подавать бедному прихлебателю. Из 6-й сатиры можно заключить, что Ю. был страстным ненавистником женщин и врагом брака и основательно изучил слабости и пороки современных ему дам. Эта сатира, самая большая по объему (661 ст.), есть один из наиболее жестких плодов гения поэта, как по своему крайне суровому тону, так и по наготе изображения. 7-я сатира посвящена уяснению бедственного положения лиц, живущих умственным трудом: писателей, адвокатов, учителей. В 8-й сатире разбирается вопрос, в чем состоит истинное благородство. Поэт доказывает здесь, что одно знатное происхождение без личных нравственных качеств еще ничего не значит и что лучше иметь отцом Ферсита и походить на Ахилла, чем быть сыном Ахилла и походить на Ферсита (этой сатире подражал Кантемир). В 9-й сатире содержатся иронически наивные жалобы мужчины, промышляющего педерастией, на то, как трудно зарабатывать себе хлеб этим занятием. Тема 10-й сатиры - близорукость всех человеческих желаний; людям, собственно, нужно одно, чтобы был здравый ум в здравом теле (знаменитое orandum est, ut sit mens sana in corpore sano). В 11-й сатире Ю. приглашает в праздник Мегалезий на обед своего друга Понтика и распространяется по этому поводу о простоте старинных нравов и о современной поэту расточительности. В 12-й сатире (самой слабой) Ю. преследует весьма распространенный в Риме того времени тип искателей наследства (heredipeta). В 13-й сатире поэт, утешая друга своего Кальвина, лишившегося значительной суммы денег, изображает те угрызения совести, которыми должно терзаться обманувшее Кальвина лицо. 14-я сатира состоит из двух слабо соединенных между собой частей: 1) об огромном влиянии на детей образа жизни их родителей и 2) об алчности, как одном из главнейших пороков. В 15-й сатире, по поводу случая каннибальства в Египте, Ю. распространяется об извращенности тамошних религиозных верований. Наконец, последняя, 16-я сатира представляет собой отрывок в 60 стихов, в котором говорится о мнимом превосходстве военного сословия над другими. Незаконченность этой сатиры служит верным доказательством того, что произведения Ю. не подвергались переработке после его смерти. Для общей характеристики Ю. особенно важна его первая сатира. Поэт неоднократно повторяет, что при виде сильной развращенности своего времени он не может не писать сатиры и что если природа отказала ему в поэтическом гении, то стихи будет ему диктовать негодование (знаменитое si natura negat, facit indignatio versum). И в конце этой пламенной речи, к крайнему удивлению, мы читаем следующее заявление: "Попробую, что позволительно у нас говорить хоть о тех, чей прах уже зарыт на Фламиниевой или на Латинской дороге". Таким образом читатель предупрежден, что смелость сатирика не пойдет дальше принесения в жертву умерших. И, насколько мы можем судить, Ю. остался верен в этому положению: кроме мертвых, он называет только таких лиц, которые ему не могут повредить - а именно осужденных и людей низкого звания. Странной должна показаться такая предосторожность у поэта, о котором слишком часто думали прежде, будто он советовался только со своим мужеством; но такая воздержность понятна в те ужасные времена, и поэту простительно было обезопасить себя против жестоких фантазий государей и неизбежной мстительности сильных людей; вместе с тем следует сознаться и в том, что Ю. вовсе не имел того характера, который ему обыкновенно приписывают, и что сатиры его не отличаются геройством. Если сатира Ю. касается только прошлого, то и негодование поэта не есть современная скорбь и внезапный гнев, возбужденный зрелищем общественного упадка: Ю. передает только свои воспоминания, далеко не с такой живостью, какую они имели бы в современном им рассказе. Отсюда частая потребность разукрасить свой рассказ, придать ему искусственным образом художественный колорит. Тут на помощь Ювеналу-поэту является Ювенал-ритор, который недаром долго занимался декламацией. Благодаря этим привычкам декламатора в сатирах часто замечается преувеличение и пафос, внешним выражением чего служит масса исполненных негодования и изумления вопросов, возгласы, остроумные изречения - особенности речи, которые подчас делают стиль Ю. запутанным и темным. Затем припомним, что Ю. начал писать сатиры уже перешагнув за середину своей жизни, испытав много разного рода разочарований. Такой человек легко склонен все рассматривать в мрачном свете, быть пессимистом. Знаменитая сатира против пороков женщин, очевидно, вылилась у человека, немало пострадавшего от слабого и прекрасного пола. Точно так же в 3-й и 7-й сатирах проглядывает облик молодого провинциала, который с самыми радужными надеждами стремился в столицу, мечтая найти там скорую славу и сопряженное с ней богатство, но грезы эти скоро разлетелись в пух и прах. Пессимизмом Ювенала объясняют еще одну сторону его произведений: он охотно копается в грязи, и в галерее его образов есть много таких картин, которые должны быть завешены для обыкновенного читателя. Сказанное до сих пор относится к отрицательным сторонам поэзии Ю. Переходя к ее достоинствам, отметим, прежде всего, что ритор не заглушил в Ю. моралиста и гражданина. Сатиры его исполнены патриотических чувств. Это был человек действительно нравственный и с возвышенно-идеальным взглядом на жизнь. Он искренне стремился помочь своим согражданам, и если иногда преувеличивал их пороки, то только радея об их пользе. О другой положительной стороне поэзии Ю. один из наших ученых (граф А. В. Олсуфьев) отзывается так: "в сатирах Ю., этого реалиста древнего мира, как в фотографической камере, отпечатлелась вся окружавшая его римская жизнь, изображенная им в целом ряде законченных до мельчайших подробностей бытовых картин, прямо с натуры схваченных портретов, психологических, тонко разработанных очерков отдельных типов и характеров, реалистически верных снимков со всей окружающей его среды, от дворца кесаря до лачуги в Субуре, от уборной знатной матроны до клети в лупанаре, от пышной приемной чванливого адвоката до дымной школы бедняка-грамматика; Ю. собрал все это разнообразие силой своего таланта в одно художественное целое, в котором, как в зеркале, отражается весь древний мир, насколько он был виден поэту". Ю. важен для изучения частного, семейного, внутреннего быта древних, о котором до нас дошли, вообще, самые скудные сведения. Его сатиры ревностно читались не только в древности, но и в средние века, когда нравился его возвышенный и вдохновенный тон; многие называли его тогда ethicus, а один поэт писал, что Ювеналу верят больше, чем пророкам (magis credunt Juvenali, quam doctrinae prophetali). Существует масса древних толкований к поэту (так называемых схолий), начиная от IV столетия и кончая поздними временами средневековья. Главная рукопись Ю. - IX в. - хранится в библиотеке медицинской школы в Монпелье, почему называется Montepessulanus, а также, чаще, Pithoeanus, по имени одного из прежних владельцев ее, Пьера Питу . Лучшие издания - Бюхелера (Берлин, 1893) и Фридлэндера (Лейпциг, 1895); много объяснительного материала дают также английские труды Mayor‘а (1883 и 1886 гг.) и Lewis‘а (с прозаическим переводом, 1882). Русские переводы: Фета (М., 1885; ср. книгу графа А. В. Олсуфьева "Ювенал в переводе Фета", СПб., 1886) и Адольфа (М., 1887); 3-я, 7-я и 8-я сатиры переведены прозой Н. М. Благовещенским (в "Журнале М. Н. Пр.", 1884, кн. 4; 1885, кн. 1; 1886, кн. 2). Издание трех первых сатир, с комментариями, Д. И. Нагуевского (Казань, 1882; ср. его же книгу "Римская сатира и Ю.", Митава, 1879). А. М-н.
  • ЮВЕНАЛИИ  —  Ювеналии (Juvenali-a) - сценические игры, учрежденные Нероном в 60 г. до Р. Х. по случаю достижения им зрелого возраста. Это были своего рода любительские спектакли, устраивавшиеся не в общественном цирке, а в частных домах или садах и происходившие перед немногочисленной публикой. Нерон сам выступал в этих спектаклях, вместе со знатнейшими римлянами различных возрастов, без масок, участвуя в исполнении греческих и римских пьес и мимов как солист и хорист. При позднейших императорах под именем Ю. были известны игры, дававшиеся в начале года на Палации и состоявшие из ристаний на колесницах или сражений со зверями. Н. О.
  • ЮВЕНАЛИЙ, ДУХОВНЫЙ ПИСАТЕЛЬ (МЕДВЕДСКИЙ)  —  Ювеналий, духовный писатель (Медведский) (Медведский) - духовный писатель; первый написал на русском языке "Систему христианского богословия" (М., 1806), а также "Акафист св. Алексею", "Риторику" (М., 1804) и др.
  • ЮВЕНАЛИЙ, ДУХОВНЫЙ ПИСАТЕЛЬ (ПОЛОВЦЕВ)  —  Ювеналий, духовный писатель (Половцев) (в миру Иван Андреевич Половцев, 1826-1904) - духовный писатель. Происходил из дворянского рода Половцевых; образование получил в Михайловской артиллерийской академии. В 1847 г. удалился в Оптину пустынь; в 1805 г. принял монашество. Был членом иерусалимской миссии, настоятелем Глинской пустыни, наместником Александро-Невской, затем Киево-Печерской лавры. Возведенный в 1892 г. в сан епископа балахнинского (викария нижегородской епархии), Ю. был затем епископом курским, с 1898 г. - архиепископом литовским. При наречении в епископы Ю. произнес речь (напечатана в "Церковных Ведомостях", 1892, № 44, стр. 1522-1524), в которой говорил о значении монашества и его влиянии на религиозно-нравственную жизнь народа. Главные труды его: "Жизнь и творения св. Петра Дамаскина", "Жизнеописание настоятеля Козельской Введенской Оптиной пустыни архимандрита Моисея", "Монашеская жизнь по изречениям о ней святых отцов-подвижников". См. "Высокопреосвященный Ю., архиепископ литовский и виленский" ("Церковные Ведомости", 1904, № 16); "Ю., архиепископ литовский" ("Церковный Вестник", 1904, № 17).
  • ЮВЕНАЛИЙ, ИГУМЕН  —  Ювеналий, игумен (Воейков, 1729-1807) - игумен, из дворян; учился в сухопутном кадетском корпусе, но через год по окончании курса поступил в монашество. Написал поколенную роспись многих русских дворянских родов.
  • ЮВЕНАЛИЙ, ИЕРУСАЛИМСКИЙ ПАТРИАРХ  —  Ювеналий, иерусалимский патриарх - первый патриарх Иерусалима. Стал епископом в 421-422 гг. Ему удалось добиться высшего иерархического положения, в котором иерусалимским епископам было отказано Никейским собором, признавшим за ними лишь "преимущество чести" на вселенских соборах, но подчинившим их в обычных делах митрополиту Кесарии Палестинской. Благоприятствовало Ювеналию, по-видимому, влиятельное положение, которое он занял на Ефесском соборе 431 г.; но сначала его притязаниям воспротивился Кирилл Александрийский, не желавший создавать в лице иерусалимского патриарха опасного соперника епископам Александрии. Вскоре он смягчился, опасаясь перехода Ю. на сторону еретиков. Тогда против Ю. восстали другие восточные епископы; поднят был даже вопрос о низложении Ю. По делу Евтихия (см. Монофизиты ) был созван в Ефесе, в 449 г., новый собор, вождем которого явился Ю. Благодаря своим услугам на этом соборе, Ю. добился от императора Феодосия II рескриптов в пользу своих претензий: он сделался патриархом и на соборе заседал выше антиохийского патриарха Домна. Когда Феодосий II умер, Маркиан и Пульхерия высказались за православных и собрали новый собор в Халкидоне. Этот собор осудил Диоскора и монофизитов. Ю., в Ефесе державший сторону Диоскора, увидел себя в положении обвиняемого: несмотря на его немедленный разрыв с Диоскором, его исключили из заседаний собора и предлагали осудить, но он принес повинную. Настоятельные просьбы епископов Палестины и боязнь вызвать новый раскол привели к его помилованию; он был одним из тех, которые редактировали халкидонское вероопределение и написали послание папе Льву. Затем он вступил в соглашение с антиохийским патриархом Максимом, предоставив ему власть над всей Финикией и Аравией, после чего собор признал Ю. патриархом иерусалимским, стоящим во главе трех палестинских провинций. Перемена фронта в Халкидоне вовлекла Ю. в непримиримую вражду с монофизитскими монахами Палестины, противопоставившими ему антипатриарха в лице Феодосия. Ю. был вынужден покинуть Иерусалим и бежал в Константинополь. Военному начальнику Палестины было приказано изгнать Феодосия; Ю. возвратился в Иерусалим, где созвал собор епископов всех провинций Палестины для утверждения халкидонских определений. Это доставило ему признание со стороны папы Льва. Умер Ю. в 458 г. См. Couret, "La Palestine sous les empereurs grecs" (1869); Vailhé, "L‘érection du patriarcat de Jérusalem 451" ("Revue de l‘Orient", IV, 1899). П. Гидулянов.
  • ЮВЕНАЛИЙ, МИССИОНЕР  —  Ювеналий, миссионер - миссионер, иеромонах; служил прежде в военной службе. Он был один из восьми духовных лиц, отправившихся в 1793 г., под начальством архимандрита Иосафата, для проповеди слова Божия североамериканским народам, поступившим в подданство России. Прибыв в 1794 г. в Кадьяк, Ю., вместе с иеромонахом Макарием, в два месяца объехал весь остров и окрестил всех его жителей. В 1795 г. Ю. отправился в Нучен, где обратил в христианскую веру более 400 душ чугач, а в 1796 г. - на Аляску, к озеру Илямне или Шелехову, и там кончил свое служение, вместе с жизнью. Тамошние почетные люди, по убеждению Ю., отдали ему своих детей для обучения в Кадьяке. Иеромонахи Ю. и Макарий окрестили более 5000 американцев.
  • ЮВЕНК  —  Ювенк (Гай Веттий Аквилин Juvencus) - древнехристианский писатель. Происходил из знатного рода и был священником в Испании. С его именем сохранилось написанное при Константине Великом (около 330 г.) стихотворное переложение евангелия ("Historia evangelica" или "Evangeliorum libri IV"). Соображения, которыми Ю. руководился при составлении своего труда, он разъясняет в прологе, где говорит, что если в мире нет ничего вечного, то наиболее долго сохраняется в нем воспоминание о выдающихся поступках людей и об их добродетелях. Глашатаями их славы являются поэты, как, например, Гомер и Вергилий, которые и сами таким образом приобретают себе продолжительную и громкую известность. А если достигли славы языческие поэты, допускавшие в своих произведениях разного рода ложь, то вечная хвала должна достаться в удел такому произведению, содержанием которого служат истинные и достоверные факты из земной жизни Спасителя. В выборе материала Ю. примыкает ближе всего к первому евангелию, заимствуя некоторые данные из третьего и четвертого. В изложении Ю. подражает преимущественно Вергилию, затем Лукрецию и Стацию; ему известны также Овидий, Лукан и Гораций. Некоторые места и выражения евангелия, кажущиеся Ю. слишком резкими, он старается смягчить и сгладить. Таковы те эпизоды, где Спаситель гневается; слова Марфы об ее умершем брате Лазаре: "уже смердит" у Ю. передаются так: "Мне кажется, что его тело, лишенное движения, начинает сообщать разлагающимся членам неприятный запах". Слог Ю. отличается поразительной простотой и ясностью и этим выгодно отличается от позднейшей напыщенности и искусственности христианской поэзии и прозы. В технике стиха Ю. не удалось избежать значительных просодических ошибок. В общем поэма Ю., не блещущая особыми художественными достоинствами, занимает одно из видных мест в древнехристианской литературе. Деление поэмы на 4 почти равные книги - чисто внешнее и сделано, вероятно, после написания всего произведения, в подражание делению евангелия. По свидетельству блаженного Иеронима, Ю. написал еще несколько произведений, относящихся к чину таинств, но они не дошли до нас и, вероятно, погибли весьма рано. Лучшая рукопись Ю. находится в Кембридже и относится к VII в. Издания: F. Arevalus (Рим, 1792); С. Marold (Лейпциг, 1886); J. Huemer (в "Corp. script. eccles. latin.", т. XXIV, Вена, 1891). См. А. R. Gebser, "De J. vita et scriptis" (Йена, 1827); J. T. Hatfield, "Study of J." (Бонн, 1890); Boissier, "La fin du paganisme" (русский перевод, М., 1892, стр. 261). А. М-н.
  • ЮВЕНТА  —  Ювента или Ювентас (Juventas) - у древних римлян богиня юности, имевшая свое небольшое святилище (aedicula) в пределах храма Юпитера Капитолийского. По достижении совершеннолетия каждый юноша, приносивший жертву Юпитеру, должен был уплатить монету в кассу богини Ю., как покровительницы novorum togatorum, т. е. юношей, только что надевших тогу. Ей же в начале каждого года приносили жертву за юношей. Под именем Ю. была известна также греческая богиня Геба, культ которой был перенесен в Рим в конце III века до Р. Х.: в честь этой Ю. был сооружен в Риме храм, освященный в 191 г. до Р. Х. Н. О.
  • ЮВЕНЦИИ  —  Ювенции (Juventii) - древнеримский род, происходивший из Тускула и переселившийся в Рим приблизительно в первой половине IV века до Р. Х. Из Ювенциев республиканского периода наиболее известны: 1) Маний Ю. Псальна, первый в роду, достигший консульства. В 170 г. до Р. Х., будучи народным трибуном, он привлек к ответственности претора Лукреция за дурное обращение с союзниками в Греции; в 167 г. выступил в народном собрании с предложением объявить родосцам войну, в надежде, что ему, как претору, достанется командование флотом, но трибун М. Антоний воспротивился этому предложению силой. В 163 г. Ю. был консулом и удачно вел войну на Корсике. 2) Марк Ю. Латеренз, обвинитель Планция (которого защищал Цицерон), ярый республиканец средины I века до Р. Х., враг Цезаря. В 55 г. он добивался эдильства, но избранными оказались Планций и Плоций. До вступления Планция в должность Ю. привлек его к суду за незаконное образование избирательных товариществ (Sodalitates), причем, несмотря на дружественные отношения с Ю., в защиту Планция выступил Цицерон, которому подсудимый, будучи квестором в Македонии, оказал дружелюбный прием. Процесс окончился оправданием Планция. В 43 г. до Р. Х. Ю. состоял легатом при М. Эмилии Лепиде, наместнике Испании и Южной Галлии. Когда после битвы при Мутине Антоний перешел через Альпы навстречу Лепиду, Ю. старался восстановить последнего против Антония и помочь Лепиду соединиться с наместником северной Галлии, Люцием Муницием Планком, против общего врага. Эта попытка не увенчалась успехом, и когда Антоний вступил в лагерь Лепида, Ювенций кончил жизнь самоубийством. За верность республике сенат почтил его похвалой, сооружением в честь его колонны и устройством похорон его за счет государства. К императорскому периоду относятся: 3) Ювенций Цельз, юрист времен Веспасиана, и 4) его сын, Публий Ю. Цельз (род. около 68 после Р. Х.). В 95 г. он принял участие в заговоре против императора Домициана; заговор был открыть, и Ю. привлечен к суду; ему удалось спастись лишь благодаря лести императору, которому он обещал открыть опасных лиц. Смерть императора положила конец следствию. При Траяне (107 г. после Р. Х.) Ю. был претором, в 129 г. был (вторично) консулом. Адриан назначил Ю. императорским советником (consiliarius). Из юридических его сочинений "Digestorum libri XXXIX", составленные по системе Адрианова законодательства, дошли до нас в извлечениях; кроме того, упоминаются "Commentarii", "Epistolae", "Quaestiones". Ср. Teuffel, "Geschichte der römischen Literatur" (5 изд., Лейпциг, 1890, II т., § 342,2). Н. О.
  • ЮВЕНЬ  —  Ювень - островок в северо-западной части Ладожского озера, в 15 верстах от Сердоболя; длина 65 саженей, ширина - до 40 саженей. Ломки голубовато-серого мрамора.
  • ЮВЭСКЮЛЭ  —  Ювэскюлэ (Juväskylä - гopод Вазаской губернии, при озере Ювэс-йэрви и железной дороге, центр коммерческой деятельности северного Тавастланда и в частности торговли лесом. С 1862 г. здесь обширнейшие финские учительские семинарии для лиц обоего пола. Жителей в 1901 г. было 3097 (95% финнов и 5% шведов). Промышленных заведений в 1900 г. было 51, с 293 рабочими и производством на 608 тыс. марок. Доходы города в 1901 г. 84181 марка, расходы - 93156 марок; из них на общественное управление - 24795 марок, на школы - 4939 марок, на медицину - 2836 марок, на пожарную часть - 3631 марка. Ю. основан в 1837 г. Н. Кн.
  • ЮГ, ОДЕССКИЙ ЖУРНАЛ  —  Юг, одесский журнал - ежемесячный научно-литературный журнал, издавался в Одессе в 1882 г. Редактор-издатель В. Яковлев. Вышло только два номера.
  • ЮГ, РЕКА ВОЛОГОДСКОЙ ГУБЕРНИИ  —  Юг, река Вологодской губернии - река Вологодской губернии, образует вместе с рекой Сухоной так называемую Малую Северную Двину, называемую Большой после впадения в нее Вычегды. Ю. берет начало в центральной части Никольского уезда, среди лесов, лежащих к востоку от города Никольска, на высоте приблизительно 70 саженей над уровнем моря. Общая длина Ю. 405 верст (Тилло), сперва река течет около 20 верст к западу, потом столько же к югу, потом снова к западу и, обогнув Никольск, начинает течь к северо-северо-западу, проходит в Устюжский уезд и соединяется с Сухоной немного выше города Устюга. Ю. судоходен на протяжении 312 верст, а начиная от пристани Подосиновской, в 108 верстах от устья, производится пароходное движение. Ширина реки Ю. у города Никольска около 25 саженей, а в низовье - 90 саженей. В верховьях долина Ю. узка, но ниже впадения притока Пушмы река уже начинает разливаться весной, причем ширина ее доходит до 150 саженей, а в Устюжском уезде ширина разлива доходит местами и до 3-4 верст. В половодье вода поднимается до 1-2½ саженей, летом же на Ю. масса перекатов, мешающих судоходству. На реке две пристани: Никольская и Подосиновская, при устье реки Пушмы (см. Никольск [Никольский уезд]). Главные притоки Ю. - суть Луза, Шарженка, Кичменга, Юнтала и Пушма. Судоходство в 1901 г.: отправлено вниз с разных пристаней - 124 судна, с грузом в 319 тыс. пудов, ценой в 356 тыс. руб. (льна 56 тыс. пудов, овса 179 тыс. пудов и лесных материалов) и 437 плотов весом в 772 тыс. пудов, стоимостью в 72 тыс. руб. По реке Лузе значительный сплав леса (до 6 млн. пудов). Долина Ю. заселена исстари: в "Книге Большого Чертежа" упоминается о расположенных по Ю. городках Хоризине, Беретовце, Кичменгском, Сосновце, Осиновце и Орлове.
  • ЮГ, РОСТОВСКАЯ ГАЗЕТА  —  Юг, ростовская газета - газета политическая, экономическая и литературная, выходила в Ростове-на-Дону в 1893-1895 гг. ежедневно. В 1894 г. "Юг" был приостановлен на 8 месяцев. Издатель М. И. Балабанов. Редактор И. В. Камлюхин. Ранее газета издавалась под названием "Донская Пчела" .
  • ЮГ, ХЕРСОНСКАЯ ГАЗЕТА  —  Юг, херсонская газета - подцензурная, ежедневная, кроме послепраздничных дней, научно-литературная, политическая, сельскохозяйственная и коммерческая газета; издается в городе Херсоне с 1897 г. Издатель-редактор В. И. Гашкевич.
  • ЮГ-БОГДАН  —  Юг-Богдан (по-сербски Jуг Богдан) со своими 9-ю сыновьями Юговичами (Jугови_и) - герои рокового боя на Косовом поле в 1389 г. Старый Ю.-Богдан был сербским вельможей-властелем во времена сербских царей Душана, Уроша, Вукашина и Лазаря. Он занимал пост царского наместника в восточной Македонии, между Вардаром и Сером, и на Косовский бой выступил со всеми своими девятью сыновьями Юговичами, во главе сильного войска царя (или князя) Лазаря. Их отправлению на бой, участию в бою и героической смерти посвящено много народных песен из Косовского цикла сербского эпоса. Особенно трогательно описано выступление в поход братьев Юговичей и их последовательный одного за другим отказ на просьбы царицы Милицы, жены царя Лазаря и дочери старого Ю.-Богдана, остаться дома для защиты женщин, а также их смерть и смерть их матери. Другая дочь Ю.-Богдана и сестра Юговичей состояла в замужестве с другим героем Косовского боя - Страхиничем Баном. Ир. П.
Яндекс цитирования